afanarizm (afanarizm) wrote,
afanarizm
afanarizm

Categories:

Бараки и землянки при сталене

Вот любят некоторые спорить с очевидным - фактики да цЫферки им подавай. Т-щ egor_motЫgin попытался поставить под сомнение то, что люди при «сталине» жили в бараках и землянках. Понятно, что ни у пых-пыхалова, ни у стаднюка, ни даже у прудниковой ничего подобного нет и человек негодуэ. Пришлось перебороть лень (в очередной раз) и пошукать по своим сусекам - а то ведь так и погибнет в незнании.

В бараках в СС при «сталине» обреталось (в тысячах человек):

1940 1945 1950 1952 1952 в % к 1940
2900 2789 3592 3759 133

Помещения барачного типа обнимали собою 18 млн. кв. м, составляя 10% всей жилплощади страны. Как видно, таблица демонстрирует отнюдь не сокращение, но РОСТ числа проживающих в бараках по мере того, как «сталин» приходил в негодность как физический организм.

И это - секретная справка ЦСУ о состоянии городского жилфонда вернейшему и преданнейшему соратнику «вождя» Кагановичу от 18.8.1953. На полный текст можно полюбоваться в сборнике «Советская жизнь. 1945-1953», а «адрес» документа - РГАЭ, ф. 1562, оп. 33, д. 1682, л. 88-99.

С бараками разобрались, теперь землянки. С этим сложнее, поскольку количество населения, проживавшего в них к концу кровавой тирании Джугашвили, мне пока не попадалось. Зато попался такой вот любопытный архивный документ - спецсообщение Берии и Кагановича «вождю» о проверке временных жилых строений вблизи железных дорог от 1.12.1939 («адрес» - РГАСПИ, ф. 17, оп. 163, д. 1242, л. 11—18). «Дядя Лара» тогда был нарком внутренних дел, а «дядя Лазарь» - путей сообщения. И вот они послали комиссии, которые «проверили все временные жилые строения, прилегающие к железным дорогам на расстоянии до 3 километров».

Далее большая цитата:
«Проверкой установлено, что временных строений («землянок», «шанхаек», «китаек», «копай городов»), прилегающих к железным дорогам, имеется 80 945 и проживает в них (с семьями) 318 260 человек... на ст. Боготол Красноярской железной дороги рядом с крупнейшим элеватором, паровозным депо и складом топлива стихийно возник поселок из 150 временных жилищ под названием «Копай город»... На ст. Кислотная Пермской железной дороги в 30 метрах от полотна расположены 2 поселка из 233 землянок и времянок, имеющие местное название «Тараканья горка» и «Нахаловка». Вокруг ст. Пермь II создан поселок под названием «Шанхай» из 252 временных жилищ и т.д.... На ст. Купино Омской ж.д. во временном поселении, насчитывающем до 500 землянок... В Мурманске в районе военного порта имеется 3 поселка из землянок: «Роста», «Зеленый мыс» и «Угольная база», насчитывающие 241 строение с 2000 жителями... В Ташкенте и Курске поселки из землянок примыкают к военным аэродромам. Много землянок имеется также в непосредственной близости к военно-химическим заводам в г. Чапаевске, Куйбышевской области...

Эти поселения представляют большую угрозу безопасности движения поездов. Кроме того, содержатся исключительно в антисанитарном состоянии и являются очагами различных эпидемических заболеваний.

Русский народ в очередной раз подтвердил свои смекалку, природные ум с хитростью и изворотливость - на издевательства власти люди отвечали, к примеру, вот так: «ДН-1 Одесской ж.д. тов. КОРНАУХ разрешил сигналисту КРАВЧЕНКО выстроить землянку в районе того блокпоста, где КРАВЧЕНКО работал. КРАВЧЕНКО выкопал землянку в насыпи под железнодорожным путем, разрыл водопроводную магистраль и устроил отвод воды к себе в землянку. Аналогичное строение возвел там же составитель поездов КЛИНОВСКИЙ». Здесь мы видим не только смекалку и прочие названные положительные качества, но и природную тягу русского человека к гигиене и комфорту.

Выселение людей продолжалось неукоснительно: прокурор Союза В. Бочков информировал власти, что «в Челябинске многие рабочие семьи живут под открытым небом, в сараях, сенях. За отсутствием определенного места жительства, дети остаются вне школ. Среди них начинаются заболевания. Некоторые из рабочих, оставшихся без крова, ходатайствуют перед администрацией своих предприятий об увольнении с тем, чтобы найти работу с жильем. Ходатайства их остаются в большинстве случаев без удовлетворения».

Несостоявшийся сталинский «приемник», глава союзного Госплана в 1938 приехал в город Ефремов Тульской области «выбираться» в депутаты Верхсовета РСФСР. «В городе Н.А. Вознесенский обнаружил улицу, проходившую по склону крутого оврага. По всей улице «лепились друг к другу странные постройки, похожие не то на землянки, не то на коровники...» Постройки эти были сооружены «на один лад: три стены наспех сколочены из горбыля и промазаны глиной, четвертой стеной служил отвесный откос оврага». Жили в них рабочие возведённого в городе завода синтетического каучука, новейшего и сложнейшего по тем временам химического предприятия» (Гордон Л.А., Клопов Э.В. Что это было? Размышления о предпосылках и итогах того, что случилось с нами в 30-40-е годы. М., 1989, с. 111).

В Магнитогорске, славном своей горой Магниткой, в землянках в конце 30-х проживало 25% населения города (подробнее здесь). В тыловом городе Орске к 1945-му 59% жилья составляли землянки, бараки и саманные дома. А в пережившем войну Брянске в конце 1945-го жило в землянках почти 900 семей, многие ютились в наспех сколоченных из досок времянках. В результате ВОВ «были лишены крова более 25 миллионов человек, большинство из них ютились в землянках, сараях и подвалах». Советский источник уточняет: в целом по стране 2 млн. человек были вынуждены жить в землянках (Вторая мировая война: Итоги и уроки. М., 1985. С. 211).

Спустя несколько лет ситуация отнюдь не улучшилась - восстановление жилого фонда не было в числе приоритетов для тогдашнего режима. В столице «за довоенные годы население... увеличилось больше чем на 2 миллиона 600 тысяч человек, а построено было лишь 6 миллионов квадратных метров жилья, в том числе немало временных деревянных домов и бараков. В первые послевоенные годы жилья почти не строилoсь, а население увеличилось еще на миллион человек» («Правда», 11 декабря 1963). Д.Т. Шепилов, занимавший в конце 40-х и первой половине 50-х видные посты в советском парт- и госруководстве, вспоминал: «Жилищный кризис в Москве в эту пору ощущался с исключительной остротой. Одной из странностей одержимого индустриализацией Сталина было явное пренебрежение к жилищному строительству, хотя каждому ясно, что без должного расширения жилищного фонда нельзя обеспечить неуклонный подъём промышленности высокими темпами. Миллионы москвичей жили скученно в перенаселённых коммунальных квартирах, в старых деревянных домишках без коммунальных удобств и даже в бараках и подвалах» (Д.Т. Шепилов. Воспоминания / Вопросы истории. 1998. №8). Для тех, кто совсем уж в танке, вот слова самого вошьдя: «Нам надо напереть на жилищное строительство, на строительство школ и больниц. Надо больше строить жилых домов, чтобы расшить жилищный кризис, он еще не изжит, он даже стал острее» (1949).

Понятно, что если в таком положении находилась столица, то в провинции ситуация была ещё хуже. Согласно справке ЦСУ о восстановлении городов РСФСР за 1946-48 от 19.4.1949, в Воронеже восстановлено 56% от довоенного жилого фонда (имеются в виду дома), в Смоленске - 41%, в Орле - 74%, в Брянске - 65%, в Пскове - 67%, в Новгороде - 51%, в Севастополе - 52%, в Вязьме - 36% и т.д.

Пройдёмся по отдельным городам.

Ярославль: «Новое жилье в 1946-1950 гг. получило около тысячи семей (правда, большая часть ярославцев продолжала жить в коммуналках, бараках, подвалах)».

Kрасноярск: «...денег на жилищное строительство катастрофически не хватало. Люди жили в землянках и полуземлянках, в бараках по нескольку семей в одной комнате, в общежитиях, большинство из которых обветшало и не подлежало ремонту... На одного красноярца в среднем приходилось 3,3 кв. метра жилплощади».

Ижевск: «Острый недостаток ощущался и в жилой площади. Жилая застройка в Ижевске, например, представляла собой на 80% малоэтажные деревянные строения и бараки каркасно-засыпного типа, построенные в 1930-1932 гг. и, по большей части, пришедшие в негодность».

Новосибирск: «Положение городских жителей... по сравнению с войной фактически не улучшилось. Абсолютное большинство по-прежнему ютилось в подвалах и полуподвалах, переполненных бараках, землянках». По области в 1949, несмотря на строительство жилья, «еще 3 тыс. семей колхозников размещалось в землянках».

Облик Челябинска к середине 50-х был таков: «Каменные дома сосредоточились лишь в старом центре Челябинска, ограниченном современными улицами Российской - пр.Ленина - Володарского и р.Миасс; вся остальная территория - лачуги, бараки и в лучшем случае - пятиэтажные коммуналки. Среди малоэтажной застройки, как одинокие пеньки торчали несколько зданий повышенной этажности... Сегодня редко кто помнит такие ветхозастроенные поселки как Челябстрой, Cемстрой, Переселенка, Кирсараи, ИЗО, Буденовка, Партизаны, Васильевка. И в какой тесноте жили мы в коммуналках, лачугах из ящичных дощечек, в бараках».

В эфире «Эха Москвы» писатель Михаил Веллер вспоминал вот что: «...рос я в основном в Забайкалье на Маньчжурке. Места безлесные. До середины 50-х половина народа в землянках жила». Ну да кто ж ему поверит, клеветнику.

Зато есть свидетельство уже упоминавшегося Кагановича - на июльском 1953-го пленуме ЦК он заявил: «...я был на Урале. Там замечательные заводы, могут дать прирост новых мощностей, а рабочие живут в полуземлянках. И это даже на старых заводах — на Уралвагонзаводе, на Березниковском химическом комбинате, которые были построены 20 лет тому назад, и у них много старых бараков, которые были построены 20 лет тому назад. Новые заводы строят дома, а там бараки разваливаются, и сейчас старые заводы с жильем в худшем положении, чем новые. Нет более острого вопроса, чем жилье» (Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. М., 1999. С. 133).

Отдельной строкой нужно упомянуть проживавших в бараках и землянках всякого рода спецпереселенцев, депортированных и прочих «врагов народа» - но так как сталинисты их за людей не считают, то опустим сей вопрос. Парадокс, правда, в том, что, наряду с «нелюдьми», в барачных условиях жили и самые что ни на есть «люди», гордость и элита страны советов - научные работники: «Конец сороковых - начало пятидесятых. Скромный жилгородок на московской окраине при НИИ: двухэтажные бараки с удобствами во дворе, белье на веревках между деревьями. В бараках живут сотрудники с семьями - элита оборонки, профессора, доктора наук, генералы...».

В то же время сказать, что ничего не строилось, означало бы погрешить против истины: «....огромные средства вкладывались в строительство дворцов-небоскребов в Москве, монументов, призванных увековечить эпоху Сталина. Советское правительство щедрой рукой раздавало подарки своим восточноевропейским сателлитам в виде зданий университетов, институтов, госпиталей и прочего». Грузины - народ щедрый...

Ситуация потихоньку стала меняться с приходом к власти мерзкого перевёртыша, предателя дела т-ща «сталина», замаскированного троцкиста, большевика и, судя по всему, масона Никиты Хрущёва, который развернул программу массового жилищного строительства, но как явление землянки и бараки сохранялись и в 60-е, и позднее (в той же Новосибирской области от них не могли избавиться и в 80-е). И конечно, они были непременным атрибутом всех новостроек, особенно хрущёвского периода. «В письме от 15 декабря 1954 г., направленном Председателю Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилову, целинники жалуются, что живут в старых землянках по 3–4 семьи, освещения – нет, отопления – нет, положенные одежда и продукты не выданы (в числе прочих документов это письмо было представлено летом 2004 г. в Центральном экспозиционном зале федеральных архивов на выставке, посвященной 50-летию освоения целины)».
Tags: История, Совдепия, Ссылки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 77 comments